Эпикур

Благородный человек всегда более занят мудростью и дружбой: одна из них есть благо смертное, другая — бессмертное.
Боги живут в «междумириях».
Боль есть величайшее из всех зол.
В письме одному из своих слушателей Эпикур пишет: «Это я говорю не многим, а тебе, ведь мы друг для друга достаточная аудитория».
Величайший плод ограничения желаний — свобода.
Во всех занятиях плод с трудом созревает по их окончании, а в философии познание и удовольствие бегут наперегонки. Наслаждение не следует за познанием, но познание и наслаждение существуют одновременно.
Всем желаниям следует предъявлять такой вопрос: что со мною будет, если исполнится то, чего я ищу вследствие желания, и если не исполнится?
Да, боги существуют, ибо знание о них — очевидность; но они не таковы, какими их полагает толпа.

Имей всегда больше ума, чем самолюбия.
Нельзя жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо, и, наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо, не живя приятно.
Имей всегда в своей библиотеке новую книгу, в погребе полную бутылку, в саду свежий цветок.
Кто кажется страшным, тот не может быть свободным от страха.
Кто не помнит о прошлом счастье, тот старик уже сегодня.
Кто советует юноше хорошо жить, а старцу хорошо окончить жизнь, тот неразумен не только потому, что жизнь ему мила, но еще и потому, что умение хорошо жить и хорошо умереть — это одна и та же наука. Но еще хуже тот, кто рассуждает в духе Феогнида: «Хорошо не родиться. Если ж родился — сойти поскорее в обитель Аида». Если он говорит так по убеждению, то почему не уходит из жизни? Ведь если это им твердо решено, то это в его власти. Если же он говорит в насмешку, то это глупо, потому что предмет совсем для этого не подходит.
Лучше с разумом быть несчастным, чем без разума счастливым.
Люди обижают друг друга либо из ненависти, либо из зависти, либо из презрения; но мудрец с помощью разума становится выше этого. Раз достигнув мудрости, он уже не может впасть в противоположное состояние даже притворно. Он больше, чем другие, доступен страстям, но мудрости его они не препятствуют.
Людям необходимы даже самые дурные законы, ибо, не будь их, люди пожрали бы друг друга.
Мудрец один способен верно судить о поэзии и музыке, хотя сам и не будет писать стихов.
Мудрый не может превратиться в безмозглого.
Мы ценим свой характер как свою собственность, хорош ли он и уважается ли людьми или нет; так должно ценить и характер других.
Нагибайся только затем, чтобы поднять павших.
Начало всего и величайшее благо есть благоразумие. Поэтому оно дороже философии.
Начало и корень всякого удовольствия — удовольствие чрева, даже мудрость и прочее имеют к нему отношение.
Не избегай оказывать мелкие услуги: будут думать, что ты способен и на большие.

Необходимость есть бедствие, но нет никакой необходимости жить с необходимостью.

Один мудрец другого не мудрее.
Поблагодарим мудрую природу за то, что нужное она сделала легким, а тяжелое ненужным.

Проживи незаметно.

Редко судьба препятствует мудрому.
Самое страшное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения, так как, пока мы существуем, смерть еще отсутствует; когда же она приходит, мы уже не существуем.
Следует смеяться и философствовать и в то же время заниматься хозяйством и пользоваться всеми остальными способностями и никогда не переставать изрекать глаголы истинной философии.
Совсем ничтожен тот, у кого есть много причин для ухода из жизни.
Смертный, скользи по жизни, но не напирай на нее.

Человек бывает несчастлив или вследствие страха, или вследствие безграничной, вздорной страсти.